Time2Love

Чтобы быть мамой нужно иметь недюжую смелость жить, как считаешь правильным. Не оборачиваясь и не оглядываясь на других. Уже в начале беременности женщину окружает масса людей, которые точно знают, КАК. Как носить, как рожать, что есть, куда ходить и что делать.

Мне кажется, что за всю жизнь я не получила столько советов, сколько за девять месяцев беременности. Однажды я читала на форуме ответы на вопрос «что делать, когда тянут руки гладить живот?», одна женщина написала: «подождите пока родится, они начнут трогать его руками, не спросив у вас разрешения».

И это правда. Ребенок автоматически притягивает к себе взгляды, внимание и желание его потрогать. Прикоснуться. И, чем больше я хожу с ним, тем больше понимаю, что этому желанию противостоять невозможно. Это возможность прикоснуться к радости жизни, которой просто пышет этот младенец. Если человек по жизни не очень счастлив, он с жадностью будет хватать эти мгновения радости. Те редкие, у которых все хорошо – будут просто радоваться вместе с вами. Вы это заметите.

Далее…

Хочется поговорить про ГВ*. И я вот думаю хорошо, что и мужчины это тоже читают. Потому что, если вам когда-нибудь придется вместе бороться за ГВ (к сожалению, не у всех оно гладко складывается) или участвовать в принятии решения «кормить или не кормить», то вы будете знать, за что вы сражаетесь. А сражаться придется в буквальном смысле вместе.

У нас ГВ не сразу получилось и это отдельная невеселая история, в результате которой мы вернулись из больницы с малышом, который докармливался смесью. И нам предстояло перевести его полностью на мамино молоко. По какой-то неведомой для меня причине другого варианта я не видела, хотя уже немного себе представляла чего мне это будет стоить.

Во время беременности я прочитала очень много разного на тему ГВ, как наладить, что нужно делать, какие могут возникнуть проблемы. Казалось, что не было ничего, что я об это не знала. Однако, когда это случается в реальности, то теория вспоминается сквозь туман. А тут еще туман гормональных послеродовых перемен.
Далее…

Два месяца назад у нас родился сын. Я этот факт так и оставила бы при себе, если бы не увеличивающееся количество просьб раскрыть мои подзамочые записи для всех. Я пишу о том, что пережила сама. Это не про то, как воспитывать ребенка – чем дальше, тем больше понимаю, что никто и не знает, как правильно.

Зато я с каждым днем убеждаюсь, что умение видеть, слышать и чувствовать своего ребенка есть единственно верный путь к пониманию его потребностей и безграничной любви. И я каждую минут учусь этому у своего сына.

Более того, именно благодаря ребенку открываются новые границы нас. И важно научиться принимать эти новые стороны с открытым сердцем, какие бы они ни были.

Я пишу о том родительском труде, который мы, возможно, недооценивали будучи детьми своих родителей. И став родителем, можно вкусить этот опыт заново, открывая то, что было скрыто от детского взгляда. Это возможность заглянуть по ту сторону претензий к своим родителям. И, может быть, это станет отправной точкой для нового витка уже более взрослой жизни.

Ребенок – это возможность по-настящему прочувствовать своего внутреннего ребенка. И порой это бывает очень нелегко – признать, что этот ребенок  недолюблен и недоласкан. Увидеть свою требовательность и нетерпимость к себе самим. Отсуствие границ там, где они очень нужны и излишнюю строгость там, где нужна мягкость, забота и принятие.

Все это может открыться нам, если мы готовы учиться благодаря нашим детям.

И да, Муж и Отец – это великое звание для Мужчины и большая гордость для Женщины. Об этом тоже будет много постов.

В детях и о детях я знаю больше, чем мне положено. Я не люблю об этом говорить – разговор неизменно сводится к «родишь – обсудим».

И я с радостью соглашаюсь. Рожу – обсудим, и я точно знаю, что будет что.

Но сегодня жизнь подбрасывает другие испытания, показывая, где может быть проблема.

Ее очень просто увидеть, если уметь смотреть.

Кот подрался. Он дрался рядом на соседском балконе – они катались и орали так, что вокруг них летали клочьями шерсть. Внутри щемило, но я стояла и сознательно бездействовала, потому что «это его опыт».

Но это и мой опыт. Сегодня, когда раны от того боя нарывают, это очевидно.

Он не ел, потом стал просто много спать. Я заметила, что глаз не открывается до конца, а потом и припухлость над этим самым глазом. Я потрогала – опасения оправдались.

Далее…

Никогда не испытывала сюскательно-хрюкательного восторга в адрес детей. Ни тогда, когда в 17 лет проходила практику в родильном, ни потом, когда вокруг стали рожать знакомые.

Когда начала развивать осознанное отношение к жизни, проживать ее, задумываясь, все время, каждую минуту, отношение к детям не изменилось. Разве что, появилось больше незаинтересованного наблюдателя и наблюдателя за наблюдателем. Увеличилось внутренняя дистанция.

Я переживала, «что не хочу, как все» (женщинам, больше, чему мужчинам свойственна внешняя референция)

И тогда уже, спустя время, пришла заинтересованность, а за ней и желание.

Заинтересованность росла и крепла. Дистанция уменьшалась и в конце-концов сузилась до «хочу».

«Хочу» в отношении детей очень своеобразное. Оно не имеет ничего общего с сюсюканьем и свинячьим восторгом «ой, какой хорошенький!».

Это понимание выбора, который предстоит и неизбежно предстанет. И выбора не внешнего – «у тебя ни на что не будет времени», а внутреннего – «как  реорганизуются и совместятся ценности внутри меня» (хотя, вопрос, понятно, что относится к периоду «до», чем «после»).

Я отношусь к детям серьезно. В них есть тайна. Они, я уверена, понимают больше, чем мы о них думаем.

И я все время задаюсь вопросом – как помочь им сохранить глубину того мира, из которого они приходят, и помочь выстроить рамки того, в который приходят. Это задача.