И я с радостью соглашаюсь. Рожу – обсудим, и я точно знаю, что будет что.

Но сегодня жизнь подбрасывает другие испытания, показывая, где может быть проблема.

Ее очень просто увидеть, если уметь смотреть.

Кот подрался. Он дрался рядом на соседском балконе – они катались и орали так, что вокруг них летали клочьями шерсть. Внутри щемило, но я стояла и сознательно бездействовала, потому что “это его опыт”.

Но это и мой опыт. Сегодня, когда раны от того боя нарывают, это очевидно.

Он не ел, потом стал просто много спать. Я заметила, что глаз не открывается до конца, а потом и припухлость над этим самым глазом. Я потрогала – опасения оправдались.

Под рукой прощупывалась мягкость и горячая кожа – все признаки воспаления. А мягкость означала нагноение.

“Завтра идем к врачу”.

Медицинское образование дает уверенность. Уже пятый год, как я не работаю по этой специальности. Но знания и опыт остаются на всю жизнь.

Что самого страшного может произойти – гнойник, величиной с половину грецкого ореха, находится между ухом и глазом. На голове. О последствиях можно быстро догадаться.

Решение принято – надо вскрывать.

Утром гнойник прорвался сам. Действую интуитивно – в доме практически ничего нет – перчатки, аккуратно выдавить остатки гнойного содержимого. Спирт (плохо, но это единственное, что есть под рукой). Нужны антибиотики. Хорошо бы присыпать стрептоцидом, но его нет, да и опасность, что просто все слижет.

Нахожу глазную мазь с антибиотиком.

Отпускаю.

“Теперь надо следить – если до завтра все будет хорошо, значит все будет хорошо” – понимаю, что сказала чушь. Улыбаюсь сама себе. Это выходит напряжение.

Сделано все, что от меня зависит. Решение принято. Остается ждать. Неопределенность не самая моя сильная сторона.

Кот гуляет, ест, просится на улицу. Много спит. Периодически промакиваю вытекающую сукровицу. Глажу, разговариваю.

Наряду с этим внутри меня есть место, где много беспокойства, тревоги, страхов. Очень легко попасть в это место, где эмоции берут верх, и тогда нет покоя ни себе, ни близким.

Выбор сделан.

Дети, это почти так же, только в сотни раз страшнее. Рожу – обсудим, и я точно знаю, что будет что.

А пока тренируюсь на кошках.

Когда начала развивать осознанное отношение к жизни, проживать ее, задумываясь, все время, каждую минуту, отношение к детям не изменилось. Разве что, появилось больше незаинтересованного наблюдателя и наблюдателя за наблюдателем. Увеличилось внутренняя дистанция.

Я переживала, “что не хочу, как все” (женщинам, больше, чему мужчинам свойственна внешняя референция)

И тогда уже, спустя время, пришла заинтересованность, а за ней и желание.

Заинтересованность росла и крепла. Дистанция уменьшалась и в конце-концов сузилась до “хочу”.

“Хочу” в отношении детей очень своеобразное. Оно не имеет ничего общего с сюсюканьем и свинячьим восторгом “ой, какой хорошенький!”.

Это понимание выбора, который предстоит и неизбежно предстанет. И выбора не внешнего – “у тебя ни на что не будет времени”, а внутреннего – “как  реорганизуются и совместятся ценности внутри меня” (хотя, вопрос, понятно, что относится к периоду “до”, чем “после”).

Я отношусь к детям серьезно. В них есть тайна. Они, я уверена, понимают больше, чем мы о них думаем.

И я все время задаюсь вопросом – как помочь им сохранить глубину того мира, из которого они приходят, и помочь выстроить рамки того, в который приходят. Это задача.